Предыдущая   На главную   Содержание   Следующая
 
 
ОБОЛОЧКИ

Комната Фред. Иллирия со странным выражением разглядывает собственную руку, в другом конце комнаты с пола поднимается ошарашенный Уэс и пытается понять, что произошло.

Уес (с надеждой): Фред?

Иллирия как будто его не видит. Зато замечает зеркало недалеко от кровати и идет к нему, вытягивая вперед руку. Мы видим ее гримасу в зеркале; то ли новое тело для нее настолько отвратительно, то ли подобное выражение соответствует тем чувствам, которыми она обладала в своей прежней жизни.

Уес (упавшим голосом): Иллирия?
Иллирия (резко, наступая на него): Мое имя: Ты посмел произнести мое имя. Стоило мне вернуться в теле человека - и вот ты уже возомнил, что можешь говорить со мной. Это отвратительно.
Уес (все еще плача, но уже другим тоном): Кто такая Винифред Беркл?
Иллирия (не обратив внимания на его вопрос): Я думала, что люди к этому времени давно уже вымрут. (оглядывая Уэса сверху вниз, хотя он и выше ее, она вдруг делает странный жест, будто бы протягивая к нему руку; очевидно, ей хочется проверить, как действует ее новое тело, но движение все равно смотрится необычно) Вместо этого вы обнаглели.
Уес: Так ты не знаешь, кто такая Фред.
Иллирия: И не хочу знать. Немедленно прекрати пищать. Не желаю тебя больше видеть. (поворачивается, чтобы уйти; глаза ее почти что закатываются ко лбу, в них застыло совершенно неописуемое выражение)
Уес (хватая боевой топор): Я тебя - тоже.

Уэс изо всех сил наносит удар топором по шее Иллирии. Топор разбивается вдребезги, как стеклянный.

Иллирия (не оборачиваясь, задумчиво): О: теперь я вспомнила. Винифред Беркл - это оболочка, в которой я нахожусь.
Уес (начинает плакать и почему-то вдруг садится на постель): Она - та женщина, которую ты убила.
Иллирия (резко оборачивается и подходит к нему, снова скривившись от омерзения): Это скорбь. Я ощущаю человеческую скорбь. Она как отбросы у меня во рту.

Уэс внимательно смотрит на нее. Глаза у него загораются чем-то, похожим на надежду.

Уес (с жаром): Если ты останешься здесь, этот вкус будет с тобой каждый день, каждый миг. (быстро подходит к окну и отдергивает штору) Посмотри. Люди владеют Землей. (Иллирия почти подбегает к окну; в глазах у нее ужас) Они будут здесь еще долгие тысячи лет. Они будут ползать везде, как тараканы, будут плакать, потеть, выблевывать на тебя свои чувства. (осторожно обходит Иллирию и тихо уговаривает ее, почти шепча ей на ухо) Возвращайся назад. Спи, пока люди не исчезнут. Они глупы и слабы. Они перебьют друг друга, а потом ты сможешь вернуться и найдешь мир таким, каким он будет тебя достоин. Оставь эту оболочку. (а ведь они уже поняли друг друга)

Уес осторожно, почти с уважением, дотрагивается до ее плеча. Иллирия резко оборачивается.

Иллирия (очень резко и негодующе, наступая на него и сверля его взглядом): Ты хочешь спасти то, что прогнило насквозь. Этот скелет неразрывно со мною связан. Даже если бы я и захотела, то не смогла бы этого изменить. Но ты открыл мне глаза. Если мир действительно кишит людьми: (сильно толкает Уэса, тот отлетает и ударяется о стену) :тогда мне многое предстоит совершить. (Она не убила его и не причинила ему вреда, хотя легко могла бы. И все-таки разговаривала с ним, хоть это и было для нее отвратительно)

Частный самолет В&Х. Ангел в прострации. Спайк пьет виски из малюсеньких бутылочек. На столе их уже собралась целая батарея.

Спайк: Напиться - и то не могу. И кому взбрело в голову сделать такую маленькую бутылку? Это просто бесчеловечно.

Спайк внимательно смотрит на Ангела и меняет тон на проникновенный, сочувствующий.

Спайк: Если бы ты ее спас, погибли бы тысячи.
Ангел: Да.
Спайк: Она бы этого не захотела. .
Ангел (глубоко вздыхает): Да. Я пытался дозвониться до Уэса. Никто не отвечает.
Спайк: Видимо, ее уже не стало. (смотрит на бутылочку и снова резко меняет тон, похоже, пытаясь отвлечься сам и чем-то отвлечь Ангела) Ну не издевательство, а? Все равно что сказать: 'вот так выглядела бы бутылка 'Джек Дэниелс', если бы только она у тебя была', или, 'вот тебе выпивка - но она очень-очень далеко'. (держит бутылочку на расстоянии вытянутой руки и из пальцев перед бутылкой)
Ангел: Что это значит? На самом деле?
Спайк: Это? Это игра слов и перспективы.
Ангел (поясняет): Не стало. Что значит - не стало?
Спайк: Ну, ведь смерть в мире людей - явление необратимое. .
Ангел (задумчиво): Если только ты не вампир.
Спайк (оживленно, начиная понимать): Или призрак вампира, спасшего мир.
Ангел (с надеждой): Или Баффи. Смерть не обязательно должна быть концом, не в нашем мире. Правила можно обойти. Единственное, что нужно сделать: это найти лазейку.

Вольфрам и Харт. Нокс с окровавленным лицом и связанными скотчем руками полулежит в кресле. Рядом стоят Ганн и Хармони.

Харм: Собираешься его пытать?
Ганн: Подумываю.
Харм (радостно потирая руки): А я могу помочь? У меня здорово получается.
Ганн: Спасибо, но у нас с ним свои счеты.
Харм (обиженно): А почему, по-твоему, я хочу помочь? Из кровожадности, что ли? (впоминает, кем она стала) Ну да, допустим, и это тоже, но ведь Фред - моя подруга. Мы ходили выпить все врем: однажды. И если вот этот Поиндекстер причинил ей какой-нибудь вред, тогда я требую большого жирного куска плоти.

(Поиндекстер - персонаж мультика 'Кот Феликс', племянник сумасшедшего ученого.)

Уес (заходит): Ангел?
Ганн: Он скоро вернется. Как там Фред?
Уес (невнимательно): Ты связал Нокса.
Харм (радостно): Мы собираемся его пытать.
Уес (невнимательно-одобрительно): Хорошо. (пауза) Зачем?
Ганн: Он в курсе событий. Все время прикидывался, что ничего не знает. Мне просто нужно несколько минут наедине с ним.
Уес: Он в это вовлечен?
Ганн: Будь уверен.
Уес (сердито, хватает Ганна за плечо): Почему ты не сказал мне?
Нокс (приходит в себя, бормочет): Да, дружок. Почему не сказал?
Ганн: Заткнись.
Харм: Я думала, мы как раз хотим, чтобы он заговорил.
Ганн (быстро): Я сам разберусь. Что бы он там не знал:
Уес: Больше не имеет значения. Фред умерла.

Несколько мгновений все молчат. Даже Харм потрясена. Нокс вдруг начинает громко хихикать, как маньяк.

Нокс: Извини. Просто это: э, это совсем не то, что ты думаешь. Это: это: это прекрасно. (приподнимается, пытается сесть поудобнее; оживленно, Уэсу) Давай, расскажи им. Расскажи, что случилось.
Уес (напряженно и медленно, еле сдерживая слезы): Инфекция: Иллирия: поглотила ее. Забрала ее тело.
Ганн: Но ведь тогда это все еще Фред, верно? Та тварь просто овладела:
Уес: Ее больше нет.
Ганн: Ты не можешь этого знать.
Харм: Подождите. Ничего не понимаю. Оно выглядит как Фред, но это не она?
Нокс (вдохновенно): Теперь это нечто намного большее. Она стала превыше плоти. Превыше самого совершенства. Я любил Фред. Я действительно любил ее. (Уэс смотрит на него невидящим взглядом) В ней было тепло, которое привлекало и удерживало, пока все холодное и отчужденное не таяло в тебе. Она была самой красивой, совершенной женщиной, какую я когда-либо встречал. Именно поэтому я и выбрал ее. Только она была достойной.

Уэс молча достает пистолет и направляет на Нокса. Взгляд его остается таким же скорбно-отсутствующим.

Ганн: Уэс, не надо. Он нам нужен. Я знаю, что ты чувствуешь:
Уес (плачет): Знаешь, да? Ты не видел, как она умирала. Она дрожала от боли и ужаса и она была такой храброй. И она была лучше кого-либо, кого я знал, лучше чем: (смотрит на Нокса) и вот ее не стало.
Ангел: Я знаю.

Все оборачиваются и смотрят на Ангела и Спайка, стоящих в дверях. Уэс опускает пистолет.

Ангел: А теперь давайте вернем ее.

Чуть позже. Ангел и Спайк рассказывают остальным про Англию. Лорн хмуро стоит с коктейлем в руке.

Ганн: Так что? Выходит, с Англией ничего не получилось?
Ангел: Не совсем. Мы узнали, откуда прибыл саркофаг. Их там тысячи.
Спайк: Не хватало только одного.
Ганн: А как же тот тип, Дрогин? Он отказался помочь?
Ангел (пряча глаза): Не смог. Мы опоздали.
Лорн (понуро): Я должен был это предвидеть. Нокс. Он пел для меня и я должен бы был понять.
Ганн: Это не твоя вина.
Лорн: Может, если бы я сосредоточился и получше его прочитал, Фред бы:
Ангел: Если бы да кабы, то во рту выросли бы бобы. Было бы всего лучше, если бы мы вообще не пришли в Вольфрам и Харт. Самобичеванием будем заниматься потом. А теперь:
Лорн вздыхает: Прости, Ангелкекс. Я, э: мне нечего предложить. (встает и уходит) Извини.
Ангел зовет: Лорн:
Спайк: Нет, пусть идет. Если он сомневается сам в себе, нам он не помощник.
Ганн (встает и нервно ходит туда-сюда): Лорн прав. Мы должны были это предвидеть.
Ангел: Ничего бы от этого не изменилось. Дрогин сказал, что освобождение саркофага было предопределено. Ничто не могло остановить его прибытие.
Ганн (с болью, медленно): Это не совсем так. Пока тебя не было, я немного поиграл с нашим лабораторным мальчиком в пиньяту. Саркофаг застрял на таможне и должен был там и остаться, но кто-то его вытащил.
Уес: Кто?
Ганн (тихо): Я выясняю это.
Уес (язвительно): Ах, выясняешь? Молодец, Чарльз. Не теряешь ни минуты.
Ангел: Уес: я знаю, тебе больно, но ты должен держать себя в руках. Мне нужно, чтобы вы сохраняли ясность ума, все вы, ради Фред.
Уес (с болью, опуская голову): Фред больше нет.
Ганн резко: Ты не можешь этого знать.
Уес: Я видел, как та тварь ее выпотрошила. Все, чем она была - умерло. Осталась одна оболочка.
Ангел: Тогда мы найдем путь снова ее заполнить.
Спайк: Та тварь всего лишь овладела ее телом. Это так, маленький теологический намек.
Ангел: Душа - единственное, что имеет значение.
Спайк (кивает): Поверь. Мы на этом вроде как собаку съели.
Ганн: А как же ее: ведь ее органы растворились?
Спайк (поднимая руку): Плоть изжарилась в столбе огня, пока я спасал мир. И ничего - как видишь, я поправился.
Уес (с надеждой): Вы действительно верите, что есть шанс вернуть ее?
Ангел: Душа Фред где-то там. Мы найдем ее, и мы вернем ее на ее место. (зло, поднимаясь) А потом мы разделаемся с каждым сукиным сыном, который приложил к этому руку. (смотрит на Спайка) Все согласны? (Спайк тут же поднимается)
Ганн: С чего начнем?
Ангел: Нам нужна тяжелая артиллерия.
Уес: Уиллоу.
Спайк: Это для нее не впервой - воскрешать мертвых. В последний раз я вроде слышал, что она в Южной Америке.
Ангел: Тогда мы найдем ее и привезем сюда как можно скорее. А тем временем нам нужно поймать Иллирию. Уэс, ты единственный, кто ее видел. Как ты думаешь, куда она могла направиться?

Офис Ганна. Нокс со связанными руками сидит на стуле, за ним наблюдает Хармони. Неожиданно стеклянная стена за спиной Нокса разбивается, кто-то хватает его за шиворот и тянет в образовавшийся проем.

Харм (возмущенно орет): Эй! (выбегает за ним в вестибюль) А ну вернись, ты, маленький: (видит Иллирию) Ох ты. Боже мой. Фред?

Иллирия слегка наклоняет голову набок, а потом бьет Хармони так, что та описывает громадную дугу в воздухе и приземляется аж на верхнем балконе.

Нокс (хихикая, почти бежит за Иллирией, как щенок за хозяином): Я знал, что ты придешь за мной. Моя жизнь принадлежит тебе. Я: я поклоняюсь тебе.
Иллирия (не глядя на него, с таким видом, будто все поклонники на свете ей смертельно надоели): Да, знаю. Поклоняйся и дальше.

Лаборатория Фред. Иллирия осматривает саркофаг. Нокс стоит рядом, потирая затекшие руки, и не может оторвать от нее взгляда.

Нокс: Я так долго этого ждал. Я полюбил тебя с той самой минуты, когда впервые увидел. (достает носовой платок и обтирает с лица кровь) Мне было 11 лет. Ты была древней, зажатой между страницами запрещенных текстов. Я запирался у себя в комнате и часами тебя разглядывал. Мама думала, что я порнофильмы смотрю.
Иллирия: Ты - Ква*ха Ксан.
Нокс (начинает расстегивать рубашку): Я твой служитель. Я твой слуга. Я твой проводник в этом мире.

Нокс задирает рубашку. На его груди виден длинный посиневший шов, под которым что-то торчит. Видимо, кожу разрезали, вложили под нее какие-то непонятные предметы, а потом зашили снова. Иллирия, будто впервые по-настоящему заметив присутствие Нокса, внимательно изучает шов, проводит по нему пальцами.

Нокс: Я взял твое причастие и поместил его у своего сердца, согласно древним учениям. Вот почему ты была призвана ко мне. Мы связаны.
Иллирия (почти ехидно): Мой прошлый Ква*ха Ксан был выше. (выпрямляется и возвращается к саркофагу)
Нокс (растроенно): Я: возможно, я немножко сьежился: в славе твоего присутствия.
Иллирия (настороженно, но с интересом осматриваясь): Это мир: я его оставила не таким.
Нокс: Мне жаль. Ничего не могу с этим поделать.
Иллирия: Зато я могу. (резко разворачивается к Ноксу и срывает с себя блузку)
Нокс (потрясенно таращась на ее обнаженную грудь): А: понятно.

Кабинет Ангела. Очень раздраженный Ангел говорит по радиотелефону.

Ангел: Какие Гималаи? Я думал, она в Южной Америке.
Спайк (говорит сам с собой): У нас есть филиал на Тибете? Как насчет парочки шерпов?

(Шерпы - проводники, сопровождающие альпинистов на Гималаях.)

Ангел: Ну хорошо, слушайте: То есть как это ее нет в этом измерении? Вы только что сказали: астральная проекция? Ну, а можно ее как-нибудь астрально притащить в ЛА? Джайлз, это очень срочно. Нет. Нет, я не собираюсь: (орет) Не надо ставить меня в очередь!
Уес (тихо, Ганну): Когда ведьма нужна, ее никогда не оказывается поблизости.
Ганн: У нас все получится. Должно.
Уес (Ганну): Я был неблагоразумен: потому что потерял весь разум. Но я не должен был вымещать это на тебе. (Ганн опускает голову) Я знаю, ты сделал все, что мог. (Ганн отворачивается) Прости.
Ганн (дрожащим голосом, плача): И ты меня прости.
Ангел (сердито, в трубку): Да, я все еще в Вольфрам и Харт. Какое вообще это имеет значение? Да. Понятно. (отключает телефон и разбивает его вдребезги о стену) Мы можем рассчитывать только на себя.
Спайк (ехидно): Отлично, а то было неясно.
Ангел: Ничего не изменилось, понятно? Мы найдем Иллирию и:
Харм (входит): Всыпьте ей хорошенько за меня. Вот увидите, останется шрам. (возмущенно указывает на разбитую губу)

Обнаженная Иллирия и Нокс все еще стоят друг напротив друга возле саркофага. В комнате слышен странный звук, похожий на завывание ветра, и Нокс растерянно оглядывается по сторонам, пытаясь понять, откуда он берется. Иллирия напряженно изучает саркофаг, поводя ладонью над его поверхностью. Звук прекращается. Нокс поворачивается к Иллирии и пожимает плечами.

Нокс (разочарованно): И все?

Иллирия внезапно кладет руку на саркофаг. По ней начинает подниматься нечто темное и вскоре покрывает все ее тело. Через несколько секунд она оказывается одетой во что-то, напоминающее кожаный комбинезон.

Нокс (в восторге, явно заинтригованный этим процессом): Ага. Э: ага.
Иллирия: Я готова начать.
Ангел: А можем и просто потусоваться.

В лабораторию входит Ангел, за ним Спайк, Уэс, Ганн и группа поддержки спецназа.

Иллирия (смотрит на Ангела): Воин. А я уже начала задаваться вопросом, не лишен ли этот мир таких, как ты.
Спайк (ухмыляется): Родная, нас тут видимо-невидимо.
Иллирия: Двое полукровок и несколько примитивных существ. И это все, кто бросает мне вызов?
Ангел: Это, да еще целая куча пуль. (спецназовцы берут автоматы наизготовку и целятся в Иллирию)
Уес: Достачно, чтобы на некоторое время вывести из строя даже тебя.
Ангел: Мы знаем, кто ты такая, Иллирия. Мы видели других, подобных тебе. Всех тех древнейших, что упокоились на веки вечные, как и ты когда-то. Там ты и должна была остаться. Ты кое-что отняла у нас, кое-что очень ценное. (Иллирия наклоняет голову набок) Отступись, и я обещаю, что мы не уничтожим тебя в попытке это вернуть. Выбирать тебе.
Иллирия: Я отклоняю предложение.

Иллирия хватает Ангела и с легкостью выбрасывает его в окно. Ангел пробивает вначале стекло в окне лаборатории, затем другое окно, уже в холле, и вылетает на улицу. (как сказала одна моя подруга, это была не Иллирия, это было коллективное бессознательное в действии)

Ганн: Держите ее!

Иллирия взмахивает рукой и создает волну, которая, распространяясь, замедляет время вокруг нее. Уэс, Ганн, Спайк и спецназовцы пытаются броситься на нее, но практически не двигаются с места. Иллирия хватает Нокса за грудки и тащит его за собой, двигаясь с обычной скоростью. По пути она случайно сбивает со стола колбы, которые медленно падают и разбиваются вдребезги на полу.

Иллирия выходит из здания, таща за собой Нокса. В это время в замедленном темпе сверху продолжает падать Ангел. Когда замедление времени прекращается, его падение ускоряется и он падает на тротуар среди осколков стекла. Изо рта течет кровь. Кое-как встает и, шатаясь из стороны в сторону, бредет назад, в здание.

Звенит звонок. Ангел с разбитым, окровавленным выходит из лифта. За ним идет Хармони.

Харм (расстроенно): Извините, босс. (пожимает плечами) Может, останови я ее в офисе Ганна:
Ангел (скрестив руки на груди): Она выбросила тебя из окна?
Харм (хмыкает): Нет.
Ангел: Значит, ты справилась лучше меня.

По лестнице спускаются Уес и Спайк.

Ангел: Эй, что там у вас?
Спайк: Туман и зеркала.
Уес: Обоих и след простыл.
Ганн: Я дал спецназу Черный Код. Если Иллирия еще раз появится:
Ангел: Оне не появится. Она получила то, за чем пришла.
Харм (потрясенно): Нокса?
Спайк: И кучу новых нарядных шмоток.
Ангел: Никаких соображений насчет того, как ей удалоь проскользнуть мимо вас?
Ганн: Только что она стояла здесь, и вдруг раз - и нет.
Ангел: Она телепортировалась?
Уес: Я так не думаю. Вокруг нее не было характерного видоизменения атмосферы.
Спайк: Кажется, я видел какое-то размытое пятно перед тем, как она отколола свой финт а-ля Гудини.
Ганн: Да, она была ну прямо как Барри Аллен. (Ангел смотрит, не понимая) Джей Гаррик? Уолли: (никто не понимает) Будто она двигалась слишком быстро.

(Ганн говорит о супергероях из комиксов 'Вспышка'.)

Уес: Или мы двигались слишком медленно.
Ангел: Отлично. Она неимоверно сильна и может видоизменять время. (вздыхает)
Харм (возмущенно вскидывает руки): Ну, это просто нечестно.
Ангел: Это все усложняет, но не меняет того, что нам нужно сделать. Уес, ты должен перевернуть вверх дном лабораторию. Проверь файлы Нокса, саркофаг, все что угодно, что может помочь нам вернуть Фред.
Харм (радостно, Уэсу): Пошли. Мне нет равных в перевертывании вещей вверх дном. (вместе с Уэсом поднимается по ступенькам)
Спайк (тяжко вздыхает): Точнее не скажешь.
Ганн (отходит): У меня есть несколько источников, которые я мог бы проверить. Посмотрим, удастся ли что-нибудь вытрясти.
Ангел: (Ганну) Отлично. Давай. (Спайку) Давай посмотрим, сможем ли мы выследить ее, узнаем, куда теперь она направляется.

Здание ВХ. Ангел входит в свой кабинет, за ним идет Спайк.

Спайк: А как мы будем выслеживать Фред, Иллирию, или чем бы там ни была эта чертова тварь?
Ангел: Молча. (снимает со стены что-то похожее на кривой нож)
Спайк: Там, в лаборатории, она стояла прямо передо мной, но я не ощутил никакого запаха. Никакого. Будто там ее и не было.
Ангел (опускает голову, тихо): Я знаю.
Спайк: Слушай: мне хочется вернуть Фред ничуть не меньше, чем нам всем: но видеть ее там, в таком виде: может, она и правда:
Ангел (резко): Нет. Я потерял Корделию из-за того, что в нее вторглась какая-то тварь. Он заползла внутрь и высосала из нее все соки. (выдергивает из ножен нож и делает агрессивное движение) Будь я проклят, если позволю этому случиться снова.

Лаборатория Фред. Хармони роется в папках, смахивая на пол стеклянные колбы. Те разбиваются вдребезги у ее ног. Уэс стоит возле саркофага.

Харм: Никогда не доверяла этому маленькому зануде. Взъерошенные волосы, носки разных цветов, милая кривенькая ухмылка. (Уэсли задумчиво смотрит на саркофаг, совершенно не обращая внимания на полный беспорядок и болтовню Харм) Вся из себя такая наигранная. (открывает ломиком шкаф с документами) То есть, на что он надеялся? Кого думал надуть? (становится на колени, чтобы осмотреть шкаф, вздыхает) Ну, кроме всех нас. (замечает, что Уэс протянул руку и коснулся саркофага) Э, разве тебе не полагается надеть какой-то там скафандр?
Уес: Я думаю, что он уже причинил весь вред, на какой был способен.
Харм: Ну-ну. (жалобно) Ты не против, если скафандр надену я?
Уес (медленно обходя саркофаг): Фред была любопытной. Вот почему она не поместила его сразу же в карантин. (останавливается напротив спирального отверстия, в том самом месте, где была Фред, когда вдохнула пыль или дух Иллирии) Ей было интересно, как устроены вещи. Что делает их особенными. Она всегда искала то, чего другие люди не могли видеть. Она просто была любопытной. Кажется, я немного ненавижу ее за это.
Харм (сочувствующе): Уес.. (а ведь Харм заметно изменилась к лучшему после превращения в вампира - нет, она по-прежнему мало думает и с чувством ответственности или верности кому бы то ни было у нее полная труба, но склонности сопереживать в ней раньше заметно не было)
Уес (будто внезапно очнувшись, резко, почти приказывая): Дай мне лом.
Харм (берет лом и подходит к Уэсу, совсем не смутившись от его перемены тона): Девушка твоей мечты любила тебя. Это больше, чем большинство людей когда либо имели. (передает ему лом)
Уес (тихо): Я знаю. Но этого все равно мало. (вдруг начинает изо всех сил колотить ломом по крышке саркофага)
Харм (орет): Уэс! Перестань! Уэс! (Уес опускает лом) Я понимаю, что тебе хочется что-нибудь расколотить, но ведь это не поможет.
Уес: Да. (берет один из камней с крышки, который ему удалось отбить) Но вот это - может.
Харм: Я думала, что ему вроде как полагается быть неразбиваемым или еще что-то в том же духе.
Уес (пристально изучает камень): Время. Знаки связаны с серией разрозненных и резко отграниченных интервалов. Этот камень - средоточие саркофага. Он может оказаться полезным, если только его уже не иссушили. (кладет камень в карман)
Харм (растроенно): А вот я сдаюсь. Все, что я нашла - так это сотовый телефон и бутерброд с сыром.
Уес: Это Нокса?
Харм: На пакетике написано его имя, причем внутри буквы 'О' намалевано маленькое улыбающееся личико. Прямо как у какой-то девчонки. (закатывает глаза)
Уес (нетерпеливо): Сотовый телефон, Хармони.
Харм: А, э, думаю, что, да. (смотрит на телефон) У него на заставке Рик Спрингфилд, что вызывает целую кучу вопросов. (Уэс протягивает руку, Хармони отдает ему телефон).
Уес (нажимает на кнопки): Все исходящие звонки были удалены. Входящие - тоже.
Харм (тяжело вздыхает, но потом ее вдруг осеняет): А пропущенные звонки? Нокс не мог их стереть, если его девчоночий телефон был не при нем.
Уес: Три за последние несколько часов. Все от того же человека.

Медицинский отдел. Доктор пытается отмыть от крови различные хирургические инструменты. Халат тоже забрызган кровью. Короче говоря, зрелище не для слабонервных.

Доктор: Когда их приходится вскрывать, они всегда пачкаются. (вздыхает) Поэтому я предпочитаю более щадящие процедуры. Все никак не привыкну к виду крови. Ф-фу. До сих пор тошнит.

Открывается дверь за спиной доктора и входит Ганн.

Ганн: Тогда разговор будет очень неприятным.
Доктор (вытирает полотенцем руки): Я разочарован в вас, мистер Ганн. Мы внедрили в ваш мозг такие знания, такую способность к дедуктивному мышлению. (смеется) А вам все равно понадобилось столько времени, чтобы пронюхать дорогу назад?
Ганн: Мне было не до того.
Доктор (нехорошо улыбаясь): Ах, да. Мисс Беркл. (поворачивается к Ганну) Как она:?

Не дав доктору закончить, Ганн хватает его и швыряет в кресло для пациентов.

Ганн: Сейчас ты мне все расскажешь - очень честно и очень быстро.
Доктор (улыбаясь): Конечно. Клиент всегда прав.
Ганн: Выкладывай все, что ты знаешь, Франкенштейн. Иначе от тебя останется столько, что обратно уже не соберут. (отпускает доктора)
Доктор: Саркофаг содержал сущность одного из Древнейших. Это раса древних демонов, которые давно погибли и уже миллионы лет как похоронены в месте, называемом Бездонным Колодцем.
Ганн: Пока я не слышу ничего нового.
Доктор (поднимается, насмешливо): Как ты думаешь, почему я тебе это рассказываю?
Ганн (бьет его кулаком в живот, орет): Как нам вернуть Фред? Как?!
Доктор: Это невозможно.
Ганн: Не верю. Ты знаешь способ. Ты должен знать.
Доктор: Ты вытаскиваешь саркофаг из таможни, а мы в награду делаем изменения твоего мозга постоянными. Такова была наша сделка, и мое участие ограничено ее выполнением.
Ганн (умоляет): Тогда забери все обратно. Отними у меня все, что ты вложил мне в голову - законы, все те знания, все. (почти плачет) Возьми больше, преврати меня в 'овощ'. Мне все равно. Только верни ее назад. (совсем тихо) Пожалуйста: верни ее.
Доктор: Не осталось ничего, что можно было бы вернуть. Душа мисс Беркл была поглощена огнем воскрешения. Все, чем она была, умерло. (Ганн отпускает его и отступает в полной прострации) Навсегда. К худу ли, к добру ли, но вы заключили сделку, мистер Ганн. Вам придется научиться с этим жить.

Доктор собирается уходить, но вдруг получает удар в челюсть прикладом ружья и тут же падает. Ганн поворачивается и видит Уэса с ружьем, направленным прямо на него.

Уес (голосом, от которого мороз продирает по коже): Ты ничего не хочешь мне рассказать, Чарльз? Нокс был связан с неким доктором. Но ты ведь уже знаешь об этом, верно?
Ганн (кивает головой и оборачивается к Уэсу): Да, один из моих источников:
Уес (обрывает): Не надо. (Ганн вздыхает, поняв, что Уэс все слышал и отпираться бесполезно) То, что он сказал: о Фред, о ее душе: это правда? (Ганн опускает голову) Что ты натворил, Чарльз?
Ганн (плачет): Это была просто бумажка. Я все терял. Все, что они вложили мне в голову, все, что отличало меня от других. Делало меня особенным. А он мог это исправить. Сделать постоянным. Поэтому я подписал ту бумажку. Это было разрешение забрать груз с таможни. Я не думал, что кто-то пострадает.
Уес: В Вольфрам и Харт ничего не бывает бесплатным. (Ганн отводит взгляд, плачет) Ты это знал.
Ганн (искренне, снова глядя Уэсу прямо в глаза): Я не смог бы снова стать: просто громилой. Я: я не думал, что это будет один из нас. Я не думал, что это будет Фред.
Уес (медленно подходит к Ганну): Я понимаю, что ты не хотел возвращаться в режнее русло, (опускает ружье) не хотел быть тем, кем мы все тогда были. Это я понимаю. И могу простить. (кладет ружье на стол рядом с хирургическими инструментами) Но ты знал, что с ней происходит. Ты знал, кто за это в ответе, и ты ничего не сказал. Ты позволил ей умереть. (берет со стола скальпель и втыкает его Ганну в живот) Вот этого я простить не могу.

Ганн кашляет, поднимает глаза и встречается взглядом с Уэсом.

Позже. Разьяренный Ангел хватает Уэса за рубашку и со всей силы впечатывает в стену.

Ангел: Какого черта ты натворил?
Уес: То, что должен был сделать.
Ангел (рычит): Не припомню, чтобы в расписании сегодня утром стояло 'пырнуть финкой Ганна'.
Уес: Я не задел основные органы. Скорее всего он выживет.
Ангел (снова впечатывает Уэса в стену так, что тот морщится от боли, орет): Значит, по-твоему, все в порядке, да?
Уес (орет): Какое там в порядке! Ничего никогда больше не будет в порядке.
Ангел (сбавляя тон): Мы вернем ее, Уес.
Уес: Нет, не вернем. Душа Фред: (начинает плакать) Ее душа была уничтожена при возрождении Иллирии.
Ангел (отпускает Уэса): Ты уверен? (Уэс кивает и собирается уйти) А что же Ганн?
Уес: Из-за него тот саркофаг попал в Вольфрам и Харт. Неважно, что именно он знал и когда это до него дошло. Суть произошедшего от этого не меняется. Он позволил ей умереть.
Ангел: Как и я. (Уэс пристально смотрит на него) В Колодце, в Англии, была возможность спасти Фред, но при этом вместо нее погибли бы тысячи других людей. Как бы я ни любил Фред, я не мог этого допустить. Послушай, Уэс, мне нужно, чтобы ты все забыл. Все, что ты чувствуешь, каждого, кому ты хочешь отомстить. Мне нужно, чтобы ты отложил это в сторону и сосредоточился на том, что необходимо сделать сейчас.
Уес: Иллирия.
Ангел: Нам нужно остановить ее, прежде чем она:
Спайк: Превратит Землю в ад?
Спайк стоит в дверях, обтирая кровавые руки носовым платком.
.
Ангел: Что ты выудил из доктора?
Спайк: Крики. Всякие жидкости. И название: Вахла ха*неш. (да, нечего сказать, нашли, кому поручать такие задания)
Ангел: Вахла ха*неш. Что это значит?

Позже. Уэс кладет на стол книгу, открытую на странице с рисунком. На нем изображен огромный зал с колоннами и в нем - малоописуемое существо, похожее на гигантского осьминога: восемь щупалец, в четырех из которых зажато какое-то холодное оружие, вместо ног - птичьи лапы с когтями. Существо одето в шлем и латы, а позади него видно море каких-то точек.

Уес: Это ее храм. Именно там она должна была воскреснуть.
Ангел (рассматривая рисунок): Так вот какова Иллирия.
Уес: В своей настоящей форме.
Спайк (показывает на маленькие точки на заднем плане): А что это за маленькие штуковины?
Уес: Ее армия, несущая погибель.
Спайк (с иронией): Вот так новость.
Ангел: Они были погребены вместе с ней.
Уес: В ожидании ее возвращения.
Спайк: Что, В Лос Анджелес?
Уес: Именно здесь миллионы лет назад был расположен ее храм, и он до сих пор еще здесь.
Ангел: Ну, кажется, если бы нечто подобное красовалось напротив 'У Ральфа', я бы точно это запомнил.
Уес: Храм находится в другом потоке времени, который не совпадает с нашим. Только Иллирия может открыть ворота.
Ангел: Есть соображения насчет того, как ее остановить?

Здание банка. Иллирия переступает через тело убитого охранника, за ней идет Нокс.

Иллирия: Представители твоего вида такие хрупкие. Как же они смогли завладеть этим миром?
Нокс: Противопоставление больших пальцев на руках? Э, огонь? Телевидение? Любую нехватку силы они восполняют за счет невероятной изворотливости.
Иллирия: Вы - обманщики.
Нокс: Да, все они таковы. Они заслуживают наказания.
Иллирия: Они? Ты не считаешь себя частью собственного вида? (кажется, у нее и кодекс чести есть)
Нокс: Теперь уже - нет. Я с моим правителем. (потирает руки в предвкушении предстоящего) Открой ворота. Возроди свою армию. Смети человечество с лица Земли. Забери то, что ты потеряла так много тысячелетий назад, когда миром правили:
Иллирия (сердито): Замолчи.
Нокс (смущенно): Хорошо. (слегка кивает) Извините. (пятится назад) Виноват.

Иллирия вытягивает руку и делает какое-то движение пальцами. В лицо ей ударяет внезапный порыв ветра, раздается гром, но ничего не происходит.

Иллирия (склоняет голову набок): Ворота запечатаны.
Нокс: Я боялся этого. (подходит ближе) Видимо, Вольфрам и Харт закрыли их. Они здорово озабочены тем, чтобы все происходило по их плану.
Иллирия: Волк, овен и олень? В мое время они были слабы, едва выше вампиров.
Нокс: Ха. Наверное, они подросли. Но не волнуйтесь. (приподнимает и показывает свой туго набитый портфель) Я принес отмычку из костей. Так, на всякий случай.

Ганн лежит в постели в больничной палате. Входит Хармони с кипой документов.

Харм грустно: Тебе надо кое-что подписать. (подходит к Ганну)
Ганн: Не думаю, что Ангел хочет, чтобы я что-нибудь сейчас подписывал.
Харм: Ага. Э: эти документы как раз об этом.
Ганн (с трудом приподнимается в постели, берет у Харм папку): Что, больше никто не осмелился принести это сюда?
Харм (расстроено): Это правда? То, что о тебе говорят?
Ганн: Наверное.
Харм: Как ты мог так поступить? Со своими друзьями? С Фред?
Ганн: Потому, что я был слабым. Потому, что я хотел быть кем-то, кем я не являлся. (качает головой) Потому, что я не знаю, где мое место. Потому, что я не знал этого никогда. И еще есть тысяча всяких причин, только они ни черта уже не значат, потому что ее больше нет. (плачет) Ее нет: и она не вернется, а виноват в этом я. Я сделал это. Простите меня. Простите.

Харм с состраданием кладет руку Ганну на плечо. Ганн рыдает, согнувшись в три погибели. .

Банковское помещение. Нокс что-то делает с кучкой костей на полу. Наконец те исчезают с прежним гремящим звуком.

Нокс (вскакивает, с почти эйфоричной улыбкой): Представление начинается.
Спайк: Остались свободные места?

Нокс и Иллирия оборачиваются и видят Ангела, Спайка и Уэса. У Иллирии от презрения подергивается верхняя губа.

Ангел: А нет, так мы можем просто постоять в сторонке.
Нокс: Ребята, вы должны понять: вы не сможете победить. Это же так очевидно.
Уес: Тогда мы все погибнем, пытаясь.
Иллирия: Почему?
Ангел: Объяснить попроще? Начнем с того, что ты выглядишь как женщина, которую ты убила.
Иллирия: Ты думаешь, что твои действия вернут ее?
Ангел: Нет.
Иллирия: И все же ты ищешь боя, который ты не сможешь выиграть.
Ангел: То, что ты пытаешься сделать, возродить свою армию, снова завоевать мир - из-за этого погибнут невинные люди. Такие, как Фред. Я не могу этого допустить.
Иллирия: Ты защитник этих созданий?
Ангел: Да.
Иллирия: Ты будешь сражаться за их жизни?
Ангел: Да.
Иллирия (смотрит на Нокса): Даже за эту?
Нокс (нервно): Это что, проблема? Разве моя жизнь в опастности, начальник? Повелитель?
Ангел (начинает толкать полную пафоса речь): Нокс, ты ничтожество, каких мало. Но все-таки ты тоже часть человечества. Это не всегда приятно, но, черт побери, это намного лучше того, что было раньше. (Иллирии) И если мне придется выбирать между тобой и им, то да, я буду сражаться за его жизнь, так же, как и за жизнь любого другого человека. Потому что именно так поступают люди. Именно это делает нас:

Раздается выстрел. Несколько мгновений Нокс смотрит на свою грудь, где по белой рубашке расползлось кровавое пятно, потом падает. Уэс стоит с пистолетом в руке, дуло еще слегка дымится.

Ангел (с раздражением, которое в другой ситуации было бы комичным): Ты вообще слушал?
Иллирия (негодующе): Ты уничтожил моего Ква*ха Ксан.
Спайк: Ну, допустим, но заметь, он ведь сам напросился.
Иллирия: Меня оскорбляет то значение, что вы ему придаете.
Ангел: Ты права. Он не проблема. Проблема - это ты.

Ангел нападает на Иллирию с мечом, но та хватает его за руки и отбрасывает далеко в сторону. Теперь нападает Спайк и получает такой удар кулаком в грудь, что тоже отлетает к стене. Уэс стреляет, Иллирия ногой подбрасывает тело Нокса и то сбивает Уэса с ног. Ангел поднимается и нападает, Иллирия уворачивается от его ударов и опять отшвыривает его. Снова нападает Спайк, а за ним и Ангел, Иллирия легко уворачивается от обоих. В конце концов она хватает оба меча голыми руками (ну, не совсем голыми - в перчатках), сводит их острия друг с другом перед собой, а потом резко отбрасывает в стороны их владельцев. Мечи отправляются следом.

Иллирия: Не впечатляюще.

Уэс пытается подняться и снова выстрелить, но, прежде, чем ему это удается, Иллирия взмахивает рукой и вокруг нее распространяется уже знакомая волна. Мы видим, как все теперь происходит в замедленном темпе: Уэс пытается прицелиться, Спайк поднимает с пола голову, Ангел сидит и достает что-то из кармана. Какое-то время Иллирия смотрит на Ангела, потом оборачивается; Ангел уже стоит у нее за спиной.

Ангел: Куда так спешим?

Ангел со всей силы бьет Иллирию кулаком в лицо, и на этот раз отлетает к стене она. Замедление времени прекращается.

Иллирия (поднимая голову): Как?

Ангел показывает ей светло-фиолетовый камень, который Уэс отбил от крышки саркофага. Вид его очень неприятно напоминает Ангелуса.

Ангел (ухмыляясь): Это от твоего саркофага. Он связан с тобой. А я связан с ним. (подбрасывает камень на ладони)

Иллирия (все еще сидя на полу, блестя глазами и задорно улыбаясь): Хитро.

Иллирия делает Ангелу подножку, тот падает. Спайк пытается напасть на нее, пока она поднимается, но опять получает удар кулаком в живот и на время выходит из строя. Уэс стреляет в Иллирию, но пули, как видно, не причиняют ей никакого вреда. Не обращая внимания на выстрелы, она протягивает перед собой руки, открывает портал и исчезает в нем. Уэс, находившийся к ней ближе других, успевает прыгнуть следом.

Портал открывается в помещении, напоминающем темный и очень старый подвал. На переднем плане Уэс падает на пол, скривившись от боли. Пистолеты выпадают у него из рук. За ним Иллирия поднимается вверх по ступеням.

Иллирия (решительно и быстро поднимаясь по лестнице): Вы опоздали. Моя армия восстанет. Этот мир снова будет моим.

Иллирия входит в помещение, в точности напоминающее рисунок в книге Уэса. Только теперь тут царит полное запустение: от храма остались одни развалины, колонны сломаны, в воздухе висит не то пыль, не то какая-то странная дымка. Статуя в центре разбита. Кругом мертвая тишина.

Иллирия: Нет. Этого не может быть. (тяжело дыша, с потрясенным недоумением) Ничего не осталось. (падает на колени и пропускает между пальцев прах) Моего мира больше нет.

Сзади к ней подходит Уэс и целится из пистолета ей в голову.

Уэс: Теперь ты знаешь, что чувствую я.

Иллирия поднимает на Уэса огромные скорбные глаза. Кажется, она молча его умоляет о чем-то. Раздается низкий гремящий звук, и Уэс, обернувшись, видит за своей спиной только что открывшийся портал. Когда он снова смотрит туда, где только что была Иллирия, ее там уже нет. Уэс опускает пистолет, несколько мгновений смотрит на разбитую статую и идет к порталу. (она могла бы закрыть за собой портал и оставить Уэса там навсегда, если бы захотела - но нет, она нарочно оставила портал открытым, чтобы он мог легко выйти; опять-таки кодекс чести, а возможно и еще кое-что)

Офис Ангела. Ангел и Спайк разговаривают. Уэс, похоже, в полной прострации и ничего не видит и не слышит.

Спайк (с горькой иронией): Никакая армия погибели не палит землю. Да здравствует наша команда.
Ангел: Мы должны закрыть ворота храма Иллирии. Навсегда. Я не хочу больше неожиданностей.
Спайк: А как же наша королева в кожаном одеянии?
Ангел: Она все еще достаточно сильна, чтобы представлять опасность. Ничего, перестроимся и позаботимся об этом. Уэс?
Уес (приходит в себя): Это все, что мы сможем сделать. Я буду в лаборатории. (уходит)
Спайк (вздыхает): Ну и денек. То предложение все еще в силе? Послать меня за границу, бродячий агент и все такое?
Ангел: Да, все еще в силе.
Спайк: Отлично. (вздыхает) Может, нам стоит послать Ганна: пока Уэс опять не всадил ему нож под ребра.
Ангел (выпрямляется, удивленно смотрит на Спайка): Ты не уезжаешь?
Спайк: Она хотела бы, чтобы я остался. (будто вдруг что-то осознав) Я сам этого хочу. Ты мне не особо нравишься. И, наверное, не понравишься никогда. Но то, что тут происходит, важно. Фред отдала за это свою жизнь. Самое малое, что я могу сделать - так это отдать то, что осталось от моей. (смотрит в окно) Приближается битва, Ангел. Мы оба это чувствуем: и, черт возьми, это будет похлеще, чем Иллирия. Все станет очень жутким. (пытается улыбнуться Ангелу, но лицо у него грустное и озабоченное) А это значит, что мое место здесь.

Офис Фред. Уес укладывает в коробку ее личные вещи. Когда он снимает со стены декоративную тарелочку с ковбоями, висевшую рядом с плакатом Дикси Чикс /Дикси Чикс - техасская группа, играющая музыку в стиле кантри/, появляется Иллирия.

Иллирия (стоя в дверях): Ты все еще скорбишь: по единственной жизни?
Уес (резко): Что ты здесь делаешь?
Иллирия (растерянно): Я: я не уверена. (осматривается по сторонам) Это место: было частью оболочки.
Уес: Не называй ее: (осекается) У женщины, которую ты убила, было имя.
Иллирия (вызывающе, но вместе с тем будто пытаясь что-то понять): Это для тебя важно. У вещей есть имена. Оболочка: (замолкает, потом, видимо, наконец поняв, продолжает несколько мягче) :Винифред Беркл. Оне не сможет вернуться к тебе.
Уес (продолжая бережно упаковывать вещи Фред, почти плача): Я знаю.
Иллирия: Но все еще остались частички. (Уес замирает и поворачивается к ней) Когда ее мозг агонизировал, электрические разряды направились в мою функциональную систему: воспоминания. (поднимает руку, между большим и указательным пальцами возникает фиолетовая электрическая искра; говорит голосом Фред) Пожалуйста: Уэсли, почему я не могу остаться? (по-моему, она пыталась его утешить - конечно, вышло с точностью до наоборот, результат получился откровенно жуткий, но другого объяснения этому я не нахожу)
Уес (резко отворачивается, плача; кажется, его вот-вот стошнит): Нет. (смотрит в окно, пытаясь успокоиться) Уйди.
Иллирия (своим обычным резким тоном, почти срываясь на крик): Мне некуда идти. Мое царство давно мертво. (тихо и грустно) Давно мертво. (снова переходит на повышенный тон, сбиваясь от внутреннего напряжения) Я слишком многого не понимаю. Я потрясена. Я не уверена, где мое место.
Уес (в сердцах): Твое место с твоим народом. Ты должна была давно умереть и превратиться в прах.
Иллирия (задумчиво): Возможно: но я существую здесь. Я должна научиться быть в этом мире. Мне понадобится твоя помощь: Уэсли. (она учится, и очень быстро; представляю, чего ей стоило попросить о помощи, при ее-то гордости, но она поняла, что без этого обойтись не сможет)
Уес (нахмурившись и с трудом сдерживая слезы): Если я помогу тебе найти свой путь: ты должна будешь научиться изменяться. Ты не должна убивать.
Иллирия (вызывающе): Но ты убил Ква*ха Ксан вопреки воле твоего лидера.
Уес: Он убил женщину, которую я любил.
Иллирия (слегка наклонив набок голову, странным тоном, в котором сквозит укор): И потому твой поступок был справедлив. (кодекс чести, да еще какой)
Уес (вздыхает, понимая, что Иллирия по-своему права, и будучи не в состоянии объяснить ей запутанных человеческих чувств и побуждений): Нет: Какое там справедлив. Наверное, не мне учить тебя, как правильно поступать.
Иллирия: Но ты научишь. Если я буду придерживаться твоих правил, ты поможешь мне.
Уес (тихо): Да.
Иллирия: Потому, что я похожа на нее?
Уес (еще тише): Да.
Иллирия (смотрит в окно лаборатории на стоящий в ней на саркофаг): Мы цепляемся за то, что ушло. Есть ли в этой жизни что-либо помимо скорби? (ну вот, она уже сказала 'мы')
Уес: Есть любовь. Есть надежда: для некоторых. Есть надежда, что ты найдешь что-то стоящее: что твоя жизнь принесет тебе какую-то радость: что несмотря ни на что: ты все еще сможешь удивляться.
Иллирия: Но довольно ли этого? (смотрит на Уэса) Довольно ли этого, чтобы жить?

Играет песня 'Место, которое зовется домом'.

Больничная палата. Ганн сидит в постели и скорбно смотрит в потолок.

Вестибюль. Хармони сидит за своим столом в окружении керамических единорогов, рядом валяется розовая записная книжка и ручка, украшенная перышками. Вид у Хармони грустный и задумчивый.

Офис Лорна. Лорн в одиночестве пьет очередной коктейль.

Холл. Спайк, обычно очень общительный, теперь сидит на ступеньках один с потерянным видом. Снующие вокруг работники ВХ обтекают его, как река - камень.

Офис Ангела. Ангел сидит за столом и пытается работать.

Офис Фред. Уес заканчивает укладывать в коробку личные вещи Фред. Находит плюшевого кролика Фигенбаума и кладет сверху.

Лаборатория Фред. Иллирия смотрит на саркофаг, касается его рукой и задумчиво глядит куда-то вверх.

Прошлое: Фред укладывает свои вещи в машину и бежит назад, чтобы попрощаться с родителями. Обнимает маму, машет рукой и возвращается к машине. Снова машет рукой, забирается в машину и уезжает.

 
Тематический Портал Лабрис, уникальный русскоязычный проект Рейтинг@Mail.ru Российский сайт ЛГБТ-Христиан